<<- previous letter | back to main page | next letter ->>

18.09.99. Словно по расписанию - взрыв в Петербурге. Сообщение передали рано утром, без подробностей. Но в последующих сообщениях выясняется, что, возможно, этот взрыв не из чеченской сери. В подъезде одного из жилых домой, на седьмом этаже, взорвалось какое-то устройство мощностью в 4 кг тротила. Два человека погибли, есть раненые, в окнах дома выбиты стекла.

Министр внутренних дел сообщил, что в этом подъезде живет редактор одной из городских газет, активно участвующей в подготовке к выборам. Петербургские следователи говорят, что скорее всего - "ошибка в выборе объекта". То есть взрыв предназначался кому-то другому - другому дому, другому подъезду. Так что, может быть, тут другая, не чеченская, причина. Но все равно - спокойствия стране это не прибавило.

Результаты следствий. В Москве сообщили следующее. Все взрывы: в Москве, Буйнакске и Волгодонске - произведены членами одной группы, основу которой составляют выпускники медресе в Набережных Челнах. Это медресе известно своими ваххабитскими настроениями. Все молодые люди. После окончания медресе осенью прошлого года уехали в Чечню и попали в лагерь Хаттаба. За неделю до вторжения в Дагестан их переправили в Россию.

Известны фамилии десяти человек, входящих в эту группу. Глава ее - чеченец Ачимес Гачияев, 1970 года рождения. Он отвечал за доставку взрывчатки в Москву. Непосредственно организацией взрывов руководил Денис Сайдаков, узбек по национальности, прописанный в Набережных Челнах и выпускник того самого медресе. Этих людей ищут, но, как сказал Рушайло, "задержать их было бы гораздо проще, если бы не было Чечни". Полагают, что они уже там.

Ночью были арестованы два чеченца, родственники. Неизвестно, как на них вышло следствие, но на руках одного из них экспертиза выявила следы гексогена, а у второго гексоген на ручке квартирной двери.

Вообще с этим гексогеном совершенно таинственная история. Это военная взрывчатка, доступ к которой крайне затруднен. Как можно было ее раздобыть в таком количестве - тоннами? Кстати, в Москве на одном из складов найдены еще четыре тонны взрывчатки - в мешках.

В Волгодонске следствию известны фамилии владельца взорвавшегося грузовика и еще нескольких человек, которых считают причастными к организации взрыва.

В Буйнакске следствие утверждает, что преступление раскрыто, трое участников подготовки взрыва арестованы, еще трое объявлены во всероссийский розыск.

Вчера состоялись заседания Совета Федерации и Думы. На Совете Федерации выступили Путин и очень много сенаторов. Ожидалось, что будет поставлен вопрос о добровольном уходе со своего поста Ельцина, но этого не произошло. Обсуждали вопрос о введении чрезвычайного положения. Все говорят, что вводить его не нужно. Сенаторам показали фильм, сделанный по записям боевиков. Там сцены пыток и казней. Говорят, фильм производит самое угнетающее впечатление. Совет Федерации поддержал все, самые жесткие меры правительства.

Дума также обсуждала эти вопросы - причем очень нервно. Почему, например, Татарстан отказывается отправлять своих призывников в армию и ему все это сходит с рук? Почему в Дагестан отправляли необстрелянных солдат-первогодков, причем обманом, не на добровольной основе, как положено? Очередной скандал устроил Жириновский. Он заявил: "Других солдат в стране нет. Не будем обвинять военных. Они победили, нужно их поздравить. Этим вопросом заниматься не будем".

Один из депутатов ему возразил: "Вот когда у вас сын будет служить: Мой служит, защищает таких подонков".

На что Жириновский ответил уже совсем нецензурно. В результате его лишили слова на месяц, и он, обиженный ушел с заседания.

Заседания Думы вносят хоть какую-то юмористическую нотку в мрачную атмосферу.

В Дагестане третий день не ведутся боевые действия. Отыскивают и ликвидируют мелкие группы боевиков, не успевших уйти в Чечню. Но продолжают прибывать свежие воинские части. Опубликованы уточненные данные потерь российской стороны за все время военных действий в Дагестане: 230 убитых и 875 раненых.

Город, в котором я живу, далеко от Москвы и от Чечни, но и он охвачен паникой. Непрерывные звонки о бомбах, о подозрительных машинах. Владельцы машин жалуются, что невозможно на пять минут оставить машину: тут же кто-то из жильцов звонит, что есть подозрительная машина. Тут же приезжают и увозят ее на штрафную площадку. А штраф очень большой. Жить стало совсем не весело.

От эмоциональных откликов пресса переходит к рассуждениям. Конечно, хватает и статей-возгласов. "Московский комсомолец" рассказывает о том, что москвичи спешно заклеивают окна белыми полосками. "Это еще что! - говорит пожилая москвичка корреспонденту. - Мы готовим мешки с песком. Будем закладывать дверные и оконные проемы". И фото - большой дом, и действительно все окна заклеены крест-накрест. Ведь во время взрыва в Волгодонске окна и рамы вылетели у сорока окружающих домов!

Сегодняшний обзор начну статьей из "Известий".

ВТОРОГО ХАСАВЮРТА НЕ БУДЕТ

Евгений Крутиков

В выступлении перед депутатами Государственной думы премьер-министр Владимир Путин призвал "переоценить" и "беспристрастно проанализировать" Хасавюртовские мирные соглашения с Чечней.

Идея пересмотреть (в более мягкой транскрипции - "переоценить") Хасавюртовский мир все больше овладевает властной элитой, причем не только ее московской частью: жесткие высказывания насчет как самого мирного соглашения, подписанного 30 августа 1996 года в Хасавюрте, так и нынешних основных принципов взаимоотношений с Чечней допускают в последние дни многие сенаторы (за исключением Александра Лебедя, конечно). По ряду данных, предварительный вариант речи Владимира Путина в Госдуме содержал куда более резкие формулировки - вплоть до "денонсации".

Между тем сама суть тогдашней договоренности уже как-то подзабылась. Основным итогом многораундных переговоров Александра Лебедя с Асланом Масхадовым и некоторыми другими чеченскими лидерами сейчас считают прекращение боевых действий и вывод федеральных войск с территории Чечни. Однако это было лишь побочным эффектом совсем иного соглашения, встроенного в рамки совместного заявления, подписанного Лебедем и Масхадовым. Речь идет о так называемом "отложенном статусе" Чечни, то есть о взаимном прекращении обсуждения главного спорного вопроса - в каких юридических отношениях находятся Москва и Грозный.

Формально было определено, что некий договор о статусе Чечни должен быть подписан сторонами до 31 января 2001 года. Федеральная делегация полагала, что за это время Москве удастся если уж не полностью вернуть себе контроль над мятежной республикой, то по крайней мере нормализовать в ней обстановку Для этого предполагалось массированно вложить деньги в восстановление экономики Чечни и тем самым погасить социальную напряженность.

Реально произошло прямо противоположное. В то время как закачиваемые в Чечню деньги разворовывались, Грозный получил возможность де- факто зафиксировать свой независимый статус. Отказ от публичной полемики о статусе Чечни привел к тому, что республика действительно оказалась независимой, а из остатков кооперации с Россией просто извлекалась финансовая прибыль. Александр Лебедь,действовавший в конкретной политической ситуации (переговоры начались в промежутке между турами президентских выборов в РФ), сделал сепаратистам немыслимый подарок - на шесть лет вперед избавил их от давления из Москвы, в какой бы форме оно ни проявлялось.

Был нарушен святой принцип дипломатии: надо решать проблему, а не бороться с ее последствиями. А военные действия в Чечне были лишь следствием политической проблемы - сепаратизма экстремистски настроенных чеченских политиков и полевых командиров,

Значительная часть вины лежит именно на чеченских лидерах - они отлично понимали, на что толкают свой народ, и вполне могли свести проблему к значительному повышению статуса республики в рамках федерации. Сейчас же - после всего, что произошло в Дагестане и Москве - никаких переговоров о независимости Чечни больше не будет, как не будет и "отложенного статуса". Федеральная власть окончательно определилась - развода с Чечней не будет, и виноваты в этом не Кремль или Белый дом, а Шамиль Басаев, Хаттаб и прочие - их авантюра в Дагестане и взрывы в Москве радикально изменили настроение российского общества в отношении Чечни. Естественный результат этой перемены в умах - критика Хасавюртовского мира и итогов трехлетних вялотекущих переговоров с Грозным. Еще одного Хасавюрта не будет.

"МК" в статье Юлии Калининой и Андрея Злобина - тоже рассуждает о будущих взаимоотношениях с Чечней.

. . . И ЗАКРОЙТЕ КАСТРЮЛЮ КРЫШКОЙ. НА ТРИ ГОДА

Наши власти никогда не пытались блокировать Чечню. Наоборот, стратегический замысел состоял в том, чтоб максимально втянуть эту республику в поле российской хозяйственно-экономической жизни. Теория была такая: чем больше чеченцы зависят от России, чем больше их денег крутится в московских банках, тем меньше они будут говорить о своей независимости. То есть говорить-то, конечно, будут, но думать при этом станут совсем другое: "Зачем мне независимость, если все мои деньги, дела, партнеры - в России?"

К сожалению, мы не имели возможности убедиться в верности этой теории, поскольку власти никогда не пытались ее реализовать. Все экономические "крючки" сводились к тому, что у Чечни, как у всякого субъекта федерации, была своя статья в бюджете, и Чечне выделяли из нее деньги - в основном на пенсии и пособия. Кроме того, Чечня получала целевые дотации - к примеру, на закупку семян или картофеля для посева.

Российский Минфин исправно слал Грозному до последнего времени рубли. В регионах хронически не хватает денег на пенсии и зарплаты бюджетникам - и в то же время только за первые шесть месяцев 1999 года по распоряжению правительства Э1698-р маленькой, но сильно воюющей с нами республике был перечислен трансферт в 122,5 миллиона рублей. Из них 50 миллионов рублей якобы на выплаты пенсий, 7 - на "помощь малоимущим" и еще 65 - компании "Чечентранснефть" на оплату транзита азербайджанской нефти в Турцию.

За 1996-98 годы в Чечню из России были перечислены миллиарды! Сколько именно, не знает в точности никто. Или - не говорит. Однако даже по самой скромной, приблизительной оценке мы своими руками переправили не менее 6 миллиардов рублей. Или, если угодно, - от 500 миллионов до 1,5 миллиарда долларов. Сегодня эти деньги возвращаются обратно-в виде пуль, мин и взрывчатки. И сотни погибших россиян - в качестве "процентов" Не слишком ли доозгая цена за отсутствие политической воли у наших правителей? . .

Всю денежную массу, по нашим данным, власти Ичкерии получали либо прямо в Москве, либо в Назрани, куда ее доставляли самолетами из московских расчетно-кассовых центров ЦБ. Банковских переводов власти избегали. В Чечне не было банков, которым можно было бы доверять, а открывать там свои РКЦ считалось рискованным. В Грозном их могли ограбить в любую минуту.

Как это ни удивительно, в Чечне работало (и по сей день работает) контрольно-ревизионное управление Минфина РФ по Чечне, которое проверяло расходование бюджетных средств и ежеквартально отчитывалось в Москве о результатах проверок. Отчеты показывали, что отнюдь не все бюджетные средства используются по назначению. Пенсии, скажем, выдавались, но нерегулярно, а посевные дотации исчезали раньше, чем приходило время сажать картошку. К сожалению, контролеры получали задание проверить расходование средств уже после того, как бюджетный год заканчивался, а за текущий год Минфин РФ не давал им данных о перечислениях. Это приводило к тому, что ревизоры в поисках документов, показывающих движение бюджетных средств, очень часто оказывались перед сгоревшим зданием или взорванным сейфом. . .

Впрочем, деньги, перечислявшиеся Чечне, казались в той разрухе настолько незначительными (да они и были незначительными), что в любом случае никак не могли "привязать Чечню экономически". Масхадов встречался с каждым новым премьером и каждому на пальцах объяснял, что такое пренебрежение Чечней приведет к тому, что чеченцы саранчой двинутся грабить Россию. Каждый новый премьер обещал всерьез заняться этим вопросом. И каждый - не успевал.

. . .Сейчас, по-видимому, настало время наотрез отказаться от замысла "экономического привязывания". Премьер, выступая два дня назад перед депутатами, заявил, что вокруг Чечни будет создана санитарная зона. Но, очевидно, имеется в виду настоящая блокада.

Вряд ли подобная блокада заставит чеченцев сложить оружие и умолять Россию их простить - но определенное впечатление она произведет. Кстати, еще в 95-м году, после рейда в Буденновск, один из его участников, из-за чего-то поругавшись со своими, в сердцах сказал корреспонденту "МК": "Да что вы с нами мучаетесь? Надо просто накрыть всю Чечню, как кастрюлю, железной крышкой и не открывать года три. Потом откроете - а там никого нет. Все друг друга давно перегрызли. . ."

О Чечне не забывают, но пишут и на другие темы. Переписываю политический комментарий Максима Соколова.

ПОДВИГ РАЗВЕДЧИКА

Взъяренный одним совсем уж замечательным суждением о России, принадлежащим знатному иностранцу, Солженицын писал в "Архипелаге": "О, счастлив штат Нью-Йорк, имея такого проницательного осла в качестве судьи!". Наблюдения за текущей прессой показывают, что Америка вообще очень счастливая страна, новым доказательством чему может служить свежее интервью недавнего директора ЦРУ Джеймса Вулси.

Интервью, публикуемое все той же "Коррьере делла сера" (которой впору переименовываться в "Коррьере делла мафиа русса", ибо ни о чем другом славная газета больше не пишет), уже давно должно было бы появиться. Невозможно строить титаническую кампанию по изобличению всемирного русского заговора лишь на показаниях мелкого международного жулика Туровера, тем более что и свидетель слишком заинтересованный, ибо понимает, что как только он прекратит выдавать сенсационные сообщения, компетентные органы тут же начнут шерстить его самого - благо есть за что. Бывший директор ЦРУ и разнообразие вносит, и фигура куда более почтенная.

Призвав Запад "проявить к России твердость и говорить четко, как это делал Рейган, когда назвал СССР "империей зла", разведчик Вулси указал, что до сих пор с империей зла недопустимо либеральничали. Президент США Клинтон дошел до того, что "во имя партнерства с Москвой даже закрыл глаза на трагедию Чечни" - и это было "огромной ошибкой".

До сих пор западные политики, внесшие в 1995-1996 гг. столь значительный вклад в "политическое решение" чеченской проблемы, т.е. в безоговорочную капитуляцию России перед свободолюбивыми работорговцами, предпочитали об этом своем достижении помалкивать. И ОБСЕ со своим так любившим моджахедов спецпредом Тимом Гульдиманном, и различные фонды, так щедро осыпавшие почестями и премиями российских борцов за мир, - все враз набрали в рот воды и забыли про свободолюбивую Ичкерию, как будто ее никогда и не было. С одной стороны, это, конечно, говорит о степени ответственности просвещенного Запада, весьма любящего бороться за торжество светлых идеалов, но терпеть не могущего принимать на себя последствия своей же борьбы, - это к вопросу о том, как в будущем стоит относиться к некоторым полезным советам. С другой же стороны, само молчание есть все-таки признак остаточного стыда - чует кошка, чье мясо съела. Разведчик Вулси открывает нам новую грань западной прогрессивности, ибо признаков даже и остаточного стыда у него нимало не наблюдается; с его точки зрения, подталкивание России к капитуляции перед террористами было отнюдь не чрезмерным, а, напротив, недостаточным. При этом не вполне даже и понятно, какое давление разведчик считал бы адекватным и достаточным - разве что объявить Ельцина врагом рода человеческого и применить к России косовский сценарий.

Припоминание Чечни в столь неожиданной тональности представляется интересным, ибо в нашей стране распространилось мнение, что на этот раз у России руки не будут связаны. Добросовестное исполнение глубокоумных западных требований насчет "политического решения", привело к логическим последствиям в Печатниках и на Каширском шоссе, и потому, как полагают русские, на фоне свежих могил женщин и малых детей у просвещенного Запада не хватит нахальства повторять свободолюбивую кампанию образца 1995-1996 гг. К тому же, как говорят многие, после Косово у Запада собственное рыльце сплошь в пушку, и кому-кому, но не США и НАТО протестовать против возможных ковровых бомбардировок бандитского анклава.

Такие рассуждения в чем-то производят радостное впечатление. Они свидетельствуют о том, что вера в добро и справедливость неискоренима в русском народе, - ибо базируются на предположении, что Запад, увидев, как его советы привели к вредным последствиям, устыдится, а память о собственных деяниях в Косово не позволит ему прибегать к двойной морали вроде "наши бомбометания суть триумф гуманизма, а русские бомбометания - свирепое варварство". Вера трогательная, но чреватая неприятным сюрпризом при столкновении с реальной действительностью. Система аргументации, использованная при раскручивании финансового скандала, до такой степени напоминала лучшие обвинительные построения прокурора А.Я. Вышинского, что говорить о какой-то добросовестности, о единой моральной мерке, о приверженности универсальным правилам игры было бы уж очень трудно. Но тогда непонятно, какие есть основания надеяться на то, что в случае решительных действий России на Кавказе отсутствующая добросовестность вдруг появится. Интервью разведчика Вулси примечательно как раз тем, что он легко и непринужденно переходит от российской коррупции к трагедии Чечни и указывает, что империю зла надо было и в том, и в другом случае твердо ставить на место. Если уж нашу страну причли к злодеям, то и всякие ее действия будут автоматически интерпретироваться как злодейские. Бесспорно, на карте стоит слишком многое, чтобы обращать внимание на скорее всего неизбежное негодование Запада - но к неслыханным обличениям и горькому плачу по несчастной, безвинной Чечне лучше заранее быть готовым.

Еще один материал - из "МК" - посвящен обсуждению в Думе вопроса о терроризме и Чечне.

СКАЗОЧНИК С ХОЛОДНЫМИ ГЛАЗАМИ

Бурный выдался вторник в Думе. "Героями" дня стали премьер Путин и. . . журналисты. То есть пресса вообще.

В постановлении по ситуации на Северном Кавказе и в Москве, за которое в момент подписания номера должны были проголосовать депутаты, кроме обычных в таких случаях рекомендаций правительству и президенту "усилить", "ужесточить", "обеспечить" содержится один небезынтересный пункт. Депутаты предлагают "принять все необходимые меры по недопущению выступлений в СМИ представителей вооруженных формирований, а также пропаганды войны, призывов к нарушению территориальной целостности РФ и разжиганию социальной розни". За невыполнение этих требований СМИ, по мнению депутатов, должны лишаться лицензии. Кто будет оценивать информацию в соответствии с этими требованиями, в постановлении не говорится. Фактически речь идет о введении цензуры.

А от цензуры военной до цензуры политической - один шаг. . . Занятно, что в тот же день думцы всего при одном голосе "против" приняли поправки к федеральному Закону "О порядке освещения деятельности органов государственной власти. . ." и увеличили для себя время бесплатного телеэфира с семи минут два раза в месяц до десяти. . .

Вторая неординарная новость: депутатам понравилась "жесткая рука" премьера Путина. Он провел в Думе не менее шести часов: сначала на заседании, посвященном чеченской проблеме, а потом до позднего вечера "пил чаи" с руководителями депутатских фракций и групп, обсуждая проблемы бюджета на 2000 год. Подавляющее большинство народных избранников было просто очаровано: лучшего премьера, говорили они, мы еще и не видели.

Понять, чем же Владимир Владимирович так "купил" Думу, не допущенным на закрытое заседание журналистам было сложно: выступление на открытой части заседания большинством наблюдателей оценено как "никакое".

Оказывается, "купил" депутатов премьер своей финальной речью, произнесенной экспромтом в самом конце. Кстати, некоторые из думцев отметили: в "открытом" выступлении Путин говорил "правительство решило", "мы намерены", а в закрытом - "я решил, я отдал приказ. . .".

Премьер как бы отвечал на вопросы, прозвучавшие в речах депутатов.

Он сообщил, что упреки некоторых лидеров фракций в том, будто федеральные власти не наносят ответных ударов по базам боевиков в Чечне, необоснованны.

Путин конкретизировал план решения чеченской проблемы, озвученный еще перед телекамерами. Дело в том, что предложенные в нем меры ("санитарный кордон" на границе с Чечней, экономические санкции против Ичкерии и ультиматум чеченским властям) вызвали сомнение у депутатского корпуса. Какой "санитарный кордон" и где деньги на укрепление границы с Чечней? Какие такие санкции и чего с их помощью можно добиться? Премьер сообщил, что правительство надеется с помощью санкций добиться смены режима в Чечне, но где гарантии, что новый чеченский режим окажется более лояльным по отношению к России? То есть вопросов возникло много. Премьер ответил депутатам, что по отношению к Чечне будут применены "все меры военно- политического характера", что боевики из Новолакского района Дагестана в основном ушли, и теперь главная задача - резкое ужесточение пропускного режима на границе. Путин пояснил, что он имел в виду под "экономическими санкциями": оказывается, вдобавок к уже не работающим нефтепроводам возможны отключения подачи в Ичкерию электроэнергии, газа и полное перекрытие железной дороги, идущей через территорию мятежной республики.

Тем думцам, которым очень хотелось узнать, что наши Вооруженные силы еще кое-что могут, весьма понравился рассказ премьера о том, какой знатный отпор был дан боевикам, вторгшимся на территорию Дагестана. По версии премьера, боевики понесли огромные потери. Опять же по версии премьера (по крайней мере, так его поняли депутаты), Дагестан сейчас "почти чист". Взрывы же в Москве - это попытка отвлекающего удара, чтобы парализовать волю федеральных властей, запугать их и остановить наступление федеральных сил в Дагестане.

Откровением для многих депутатов стало заявление премьера о том, что южная граница России на Кавказе практически открыта. В свою очередь премьер удивился, что депутаты этого не знали. Кстати, в ответ на вопросы некоторых народных избранников о том, насколько правдивы слухи о контактах Березовского с Удуговым (распечатка их телефонных переговоров была опубликована в "МК"), Путин сообщил, что в ряде моментов при принятии решений, касающихся Дагестана, ему приходилось осуществлять специальные усилия, потому что "скрытое воздействие" на него имело место.

Вопросы финансирования боевых действий на территории Дагестана и антитеррористических мероприятий, осуществляемых сейчас по всей Москве и в других регионах, премьер не затрагивал. Но многие думцы в своих выступлениях об этом говорили, обещая принять любые законы, касающиеся этой темы. В общем и целом рефреном всех выступлений народных избранников было: "Мы вас поддержим, скажите, какие законы нужны - сразу примем".

Лишь малая часть депутатов вышла из зала заседаний с довольно тяжелым впечатлением: им не понравилось "шапкозакидательское" настроение коллег, и их продолжали мучить сомнения в том, что картина, нарисованная Путиным, именно такова, как он сказал. . . Вдобавок над "радужным" Владимиром Владимировичем висела совсем не радужная для Кремля перспектива думских выборов. Не случайно у него в Думе вышла перепалка с Лужковым. Мэр, рассказывая о происшедшем в Москве, не устоял и заявил, что виноваты федеральные власти. Премьер ответил в духе "мол, сами хороши". . . Марина ОЗЕРОВА.


<<- previous letter | back to main page | next letter ->>