<<- previous letter | back to main page | next letter ->>

send the Author your comments, questions, suggestions ... letter # 1791  

10.08.04. Девиз НТВ – «новости – наша профессия». Они там постоянно крутят ролик с этими словами.

Только что получил свежий номер «Известий» со статьей Соколова. Называется статья – «Новости – больше не наша профессия» (она будет в завтрашнем письме). Соколов анализирует положение, при котором новости совершенно исчезли из того, что по старинке именуется «выпуском новостей».

Готов в очередной раз подтвердить правоту журналиста. Действительно, рассказывать не о чем. Все наши новости – только из-за рубежа.

Может, единственное исключение – сообщение об окончании одного судебного дела. Помните нашумевшую историю конца 2003 года, когда свыше ста новобранцев на Чукотке заболели воспалением легких и один из них умер? Ребят морозили, когда везли на Чукотку, и продолжали морозить в холодных казармах.

И вот временно исполнявший (тогда) обязанности командира погранотряда некий полковник признан виновным по статье «несоблюдение санитарных норм, повлекшее вред для здоровья», и приговорен к условному лишению свободы с испытательным сроком в два года. Больше никаких виновных не выявлено.

На этой жизнерадостной ноте считаю возможным перейти к прессе.

Недавно Дума приняла закон, ограничивающий рекламу пива на телевидении. Комментарии по этому поводу.

«Известия», 4 августа 2004 года.

ПИВНОЙ ПУТЧ, ИЛИ КАКИЕ ЗАКОНЫ ПРАВЯТ СТРАНОЙ ЧУДЕС

Сергей Лесков

Самое страшное зрелище в жизни—девушка, которая идет по улице и прихлебывает пиво. Мужчина с пивом—это омерзительно. Девушка—страшно. У нее чудных мгновений уже не будет, только довольное бульканье. Вслед за Генрихом Сапгиром можно сказать: «С яблоком, голубем, розою ждал я вчера Афродиту. Пьяная Нинка и чех с «Оча-

ковским» пивом пришли».

Людей с початыми бутылками на наших улицах и в транспорте теперь можно увидеть чаще, чем с зонтиком даже в дождь. Горький писал, что фашизм победил в Германии по той причине, что там пьют пиво. Историческая миссия мюнхенских пивных — вещь спорная. Есть страны, где пива потребляют еще больше, а фашизма нет. В России фашизм (это неоспоримо) набирает силу как на дрожжах. Каждый, кто видел скинхедов, квасных патриотов и буйных фанатов, знает, что эта публика отупляет сознание и возбуждает агрессию именно пивными возлияниями. В Древнем Риме патриции пиво не пили. И в Англии джентльмены пиво не пьют—это напиток для простонародья. На Руси право варить пиво в течение трех дней получали только особо работящие крестьяне перед главными праздниками. В новой России пиво в отличие от Германии пьют стоя, как лошади, а не сидя, как люди. В самом главном пивном ресторане СССР «Яма» никогда не было стульев. Может быть, чтобы больше людей влезло, а в людей—пива. А может, потому, что у нас и во всех приемных стоят, а не сидят. Если же в России садятся, то пива уже не допросишься.

Понятное дело, наша Дума в неустанных тревогах о судьбах Отечества не могла остаться равнодушной к столь тяжкому явлению. Ребенку ясно: во всем виновата пресса. Или, что почти то же самое, реклама. Телеканалы захлебнулись в рекламе пива — оно у нас и продвинутое, и правильное, и живительное. Пиво—это сказка для взрослых и это почти искусство. С пивом забываешь о времени. В итоге даже язвенники и трезвенники бегут к пивному ларьку. И вот приняты судьбоносные поправки к закону «О рекламе». Теперь рекламу пива по ТВ можно увидеть только в ночи, на спортивных и культурных мероприятиях она запрещена, как и использование образов людей и животных. Последний пункт странным образом повторяет исламистские заповеди, хотя разработкой поправок руководила зампред Думы Любовь Слиска, не замеченная в почтении к Корану.

Помнится, Утка из «Алисы в Стране чудес» жаловалась: «Когда я что-нибудь нахожу, это всегда оказывается лягушка или червяк». Когда наши депутаты начинают думать о народе, всякий раз получается так, что лучше бы они вовсе не думали. В их законах если не червяки, то сплошь какие-то заусеницы. Вот и с пивом так вышло. Начать с того, что депутаты, несмотря на клятвенно заверенную любовь к спорту, забыли, что пивные компании являются титульными и генеральными спонсорами чемпионата России по футболу, олимпийской и футбольной сборных России, трансляции Лиги чемпионов, Euro-2004, Федерации хоккея России. А также в разное время они спонсировали любимые народные развлечения—игру «Кто хочет стать миллионером?», шоу «За стеклом» и интеллектуальное казино «Что? Где? Когда?». Словом, на трезвую голову такое не придумаешь. . .

Можно ли предположить, как пойдут события, если все «пивные» контракты будут расторгнуты? Сначала народ, который уже давно сидит без денег, лишают льгот. Потом —зрелищ. Не надо быть особым специалистом по русской душе, чтобы предвидеть: народ начнет пить. Результат думских чаяний окажется противоположным задуманному. Такое бывало—и недавно: знаменитая антиалкогольная кампания Горбачева, который что ни придумывал отстроить все ломал. Ирония судьбы в том, что внучка Горбачева вышла замуж за человека по фамилии Солод.

От бессилия иди по глупости мы часто боремся не с причиной своих несчастий, а с их проявлением. Реклама пива—это зеркало, его не стоит разбивать, только чистить. Бороться надо не с рекламой, а с тем, что страна, и прежде всего молодежь, спивается и скатывается к шовинизму. И лучший способ —дать молодежи работу. Но экономика наша растет лишь благодаря росту цен на нефть, а новых рабочих мест как не было, так и нет. Юношам, всем без разбору, грозит солдатская лямка и героический труд по возведению генеральских дач. Что делают девушки? Каждый дачник, даже не генерал, сразу за городской чертой вдоль шоссе видит девичьи шеренги. Какие уж чудные мгновения—это лучшая работа.

Почему депутатов эти картины не бесят? Потому что это жизнь, а не телевидение? По «Солодову», за качество телевидения ответить проще. По последним данным, группа Любови Слиски готовится запретить рекламу сотовых телефонов. Потому что мобильники вредят мозгу.

Очень интересная и содержательная статья о том, что на самом деле происходило в Ингушетии.

«МК», 4 августа 2004 года.

ИНГУШСКИЙ УЗЕЛ. Рейд на Ингушетию: предварительные итоги

Марк Дейч

По уточненным данным, в ночь на 22 июня в Ингушетии от рук террористов погибли 82 человека, более 90 человек получили ранения. В настоящее время по делу о налете вооруженных боевиков на Ингушетию арестованы более 30 че-

ловек, 20 — объявлены в розыск, еще 50 находятся "в разработке". Но это только часть последствий той страшной ночи — известная лишь узкому кругу профессионалов и потому не слишком заметная. Другая часть, напротив, известна всем, потому что она коснулась высокопоставленных лиц. Указами Президента России освобождены от должностей: командующий внутренними войсками Северо-Кавказского округа генерал полковник Михаил Лабунец; главком внутрен-

них войск МВД РФ, заместитель министра внутренних дел Вячеслав Тихомиров; заместитель директора ФСБ России генерал-полковник Анатолий Ежков, по долгу службы курировавший Северо-Кавказский регион. Кроме того, военные обозреватели уверенно связывают с трагическими событиями в Ингушетии вынужденную отставку начальника Генерального штаба Вооруженных сил Анатолия Квашнина.

Нам трудно оценить, насколько справедливы (или несправедливы) эти отставки: их причины от нас скрываются. Так же, как и "разбор полетов" — если, конечно, он вообще состоялся. А если все же состоялся, то на каком уровне? кто были его участниками? к каким выводам они пришли? . .

Вряд ли мы когда-нибудь получим ответы на эти вопросы.

* * *

. . .Исполняющий обязанности министра внутренних дел Ингушетии Абукар Костоев в первые же минуты боя бросился на звуки выстрелов. Охраны не было, в машине — он сам, два его брата и водитель. На Экажевском перекрестке (между Назранью и селом Экажево) машину остановили вооруженные люди в камуфляже с отличительными знаками спецназа ГРУ. Костоев опустил стекло. "Кто вы такие? — спросил он. – Я — министр внутренних дел".

В ответ раздалась очередь из автомата. Один из братьев Костоева был убит наповал, сам и.о. министра тяжело ранен. Он прожил еще несколько часов. Машину удалось отогнать от перекрестка, оставшийся в живых второй брат Абукара по мобильному телефону связался с начальником УФСБ по Ингушетии генерал-майором Коряковым. "Здесь бандиты, — сказал он Корякову, — пришлите помощь!"

Часы показывали 22.40.

Помощь не пришла. Как стало известно позже, генерал-майор Коряков вообще не счел нужным проинформировать кого-

либо об этом телефонном звонке. . .

Официальная сводка событий той ночи выглядит сухо и мало что объясняет. Все началось в 22.20 — захватом поста ГАИ неподалеку от Назрани. Несколькими минутами позже были атакованы здания погранотряда и правоохранительных органов в Назрани, Карабулахе, станицах Слепцовской и Троицкой. В 23.00 несколько отрядов боевиков перекрыли трассу "Кавказ" и заняли позиций на ключевых дорогах Ингушетии.

В 2 часа ночи в Назрань переброшены дополнительные силы Северо-Кавказского управления погранслужбы. Пограничников доставили в Назрань из Ставрополья на вертолетах.

Заметьте: террористы орудуют в Ингушетии уже три с половиной часа. И лишь теперь сюда доставляются пограничники. Хотя от Ставрополя до Назрани — максимум 40 минут лета. И нигде не говорится о том, каково же было участие "дополнительных сил" в событиях той ночи.

А в 5 часов утра террористы начали отходить, покидая Ингушетию.

Сотрудники ингушских спецслужб полагают, что время отхода "на заранее подготовленные позиции" командиры боевиков просчитали заранее. Уйти необходимо было до 6 утра — до первого намаза. Потому что если бы проснувшиеся к первому намазу жители республики поняли, что происходит, — отступление не прошло бы столь спокойно: почти в каждом ингушском доме есть оружие, а боевиков здесь не жалуют. А так — нападавшие ушли почти без помех. Правда, какие-то федералы их все-таки преследовали, но на границе с Северной Осетией — остановились и дальше не пошли.

* * *

. . .Мы все еще называем этих людей "чеченскими сепаратистами". Вероятно, по привычке.

Между тем сепаратисты были во времена Дудаева. Может быть, во времена "раннего" Масхадова. Нынче же никаких сепаратистов больше нет. И хотя обычно я скептически отношусь к формулировкам, коими оперирует власть, на сей раз, как мне кажется, Путин прав: в настоящее время речь идет о международных террористах, избравших юг нашей страны (в частности Кавказ) в качестве полигона для отработки путей к достижению главной цели — созданию "всемирного халифата".

Интернациональный состав участников нападения на Ингушетию лишний раз подтверждает тезис о международном терроризме.

Конечно, многое еще неизвестно. Пока что мы даже не знаем точное число нападавших. Разброс цифр тут внушительный: одни источники утверждают, будто террористов было не более двухсот, другие — что их было не менее шестисот. Собственно, численный состав (ближе к истине,— 300 человек) не столь уж и важен. Важно другое.

Сотрудники правоохранительных органов Ингушетии рассказали мне, что — по их данным — финансируются террористы по крайней мере из трех "точек": из Турции, Саудовской Аравии и из Москвы. Все боевики были прекрасно организованы и экипированы, что невозможно без серьезного финансового обеспечения. У всех — добротная форменная одежда, дорогая натовская боеукладка (ингушским оперативникам такая даже не снилась). Приборы ночного видения. Удобные, отменного качества радиостанции и даже (чтобы в случае необходимости произвести срочный ремонт) — маленькие паяльники с одноразовым питанием.

Кроме того, нападавшие имели знаки отличия ГРУ, ФСБ и ОМОНа. Несколько раз на их пути оказывались бойцы ингушского ОМОНа. Со стороны террористов следовала команда: "Рассредоточиться!" Ингуши разбегались и бросались на землю. Их расстреливали смеясь, в упор, сверху. Команда, кстати, давалась на русском языке, причем террористы копировали даже некий акцент, свойственный федералам из рязанского ОМОНа.

Боевики действовали группами по 30-50 человек. У каждой – своя задача и свой объект нападения: аэропорт Магаса, ОМОН, МВД, ГУВД, склады оружия МВД. . . Среди террористов были чеченцы, карачаевцы, кабардинцы, ингуши, дагестанцы, осетины, русские, украинцы. . . Но среди них, по данным того же источника, — иностранцы из Прибалтики и Скандинавии. А командиры или инструкторы каждой группы — арабы, имеющие 15-летний опыт боевых действий: они начинали еще в Афганистане.

Руководил рейдом в Ингушетию человек, отзывавшийся на позывные "Хайрула*, "50", "Абу-Бакар". Он же был известен под именами Джаммаль Мазар Мухаммад, Абу Хумид, Абдул Фафти.

Речь идет об известном международном террористе Абу Кутейбе Джаммале, гражданине Саудовской Аравии.

Абу Кутейб не ушел вместе с другими террористами из Ингушетии. Видимо, понадеялся на свою "легенду внедрения" и безукоризненные документы. Но просчитался. 1 июля его дом, расположенный на окраине Малгобека, был окружен ингушской милицией. Главарь террористов отстреливался более часа. Два милиционера погибли (один из них — заместитель начальника Сунженского РОВД), еще несколько были тяжело ранены. Живым Абу Кутейб не сдался: понимая, что ему не уйти, он взорвал себя с помощью пояса шахида.

В его доме находился внушительный боевой арсенал: автоматы, гранатометы, взрывные устройства, детонаторы. Кроме того — два ноутбука и большое количество ваххабитской литературы. И некая "бухгалтерская ведомость": зарплата командиров боевых групп, места базирования этих групп и количество боевиков в каждой. Записи велись по-арабски.

Абу Кутейбу было 44 года. Воевал в Афганистане, потом в Боснии, где в результате ранения лишился ноги. Ходил на протезе. Впервые пробрался в Чечню 9 лет назад вместе с Хаттабом, последние 4 года жил в Ингушетии — готовил операцию, которая и была осуществлена в ночь на 22 июня. Жил вполне легально — с фальшивым паспортом уроженца Дагестана. Был официально женат на дагестанке, которая родила ему двоих детей, а сейчас ждет третьего.

Тут возникает первый и самый главный вопрос: как могло случиться, что террорист, находящийся в международном розыске и имеющий столь очевидную "особую примету" (он сильно хромал), четыре года живет в Ингушетии, не привлекая внимания местного УФСБ?

Об этом хорошо бы спросить начальника УФСБ по Ингушетии генерала Корякова. Но эти господа-товарищи на вопросы предпочитают не отвечать. К тому же совсем недавнее заявление Шамиля Басаева, похвалявшегося, будто рейдом в Ингушетию командовал он, как бы снимает вопрос об ответственности г-на Корякова, вместе со своими подчиненными проморгавшего и Абу Кутейба, и масштабную подготовку к нападению на Ингушетию.

Впрочем, к "басаевскому фактору" в этой истории мы еще вернемся.

* * *

Между тем подготовку Абу Кутейб провел действительно тщательную. Рядовые боевики — "пушечное мясо" — вербовались в Северной Осетии, в Карачаево-Черкесии, в Южной Осетии. По имеющимся у меня сведениям (источник тот же), значительная часть террористов базировалась в 11 селах Южной Осетии, туда же, на свои базы, они вернулись после рейда на Ингушетию. Согласно тем же данным, именно в Южной Осетии скрываются и Шамиль Басаев, и другой известный "полевой командир" — Доку Умаров. Здесь же вполне легально действует Мовлади Удугов и возглавляемый им штаб Шуры — верховный орган власти ваххабитов. Если все это так, в наши представления о конфликте между Грузией и Южной Осетией должны быть внесены серьезные коррективы.

Часть террористов находилась на территории Ингушетии еще до начала рейда. В частности — в лагере так называемых чеченских беженцев, который расположен рядом с Назранью. За несколько часов до начала рейда сюда приехало несколько грузовиков, "беженцам" было роздано оружие, а женщин предупредили, чтобы они и дети не покидали лагерь после 9 вечера. Уходивших боевиков провожали ваххабитскими флагами.

Неужто и об этом ни г-н Коряков, ни его подчиненные до сих пор ничего не знают?

Я уже упоминал о том, что помощь федеральных сил могла прийти гораздо раньше. Рядом с Назранью, в станице Троицкая, базируется 503-й мотострелковый полк Вооруженных сил РФ. В его составе — около 3 тысяч хорошо воо-

руженных и вполне прилично обученных солдат и офицеров.

503-й полк не выступил. Почему?

Назранские милиционеры рассказали мне, что они отбивались от террористов самостоятельно. На помощь не пришли ни сотрудники ФСБ, ни войска Министерства обороны. Но милиционеры сумели отбиться: кроме складов с оружием, ни один объект МВД террористы захватить не смогли. Особенно они были настойчивы в стремлении отбить следственный изолятор МВД республики, где находились 60 заключенных. . . В Назрани террористы оставили убитыми 35 человек. Общее число их потерь неизвестно, потому что уходили они из Ингушетии достаточно спокойно, забирая мертвых с собой. Сделать это в Назрани они не смогли.

* * *

Говорят, что цель нападения на Ингушетию — "дестабилизация обстановки на Северном Кавказе".

А так она там что — стабильная? Обстановка?

В Ингушетии склонны рассматривать версию, согласно которой нападение было лишь "операцией прикрытия". Целью же, согласно этой версии, являлась смена руководства республики.

Если так, то средства для достижения этой цели оказались явно избыточными: более 80 погибших (ингушей; террористов считать не будем), множество раненых, несколько полностью или частично разрушенных и сожженных зданий в Назрани, два разграбленных оружейных склада МВД. И все это — всего лишь «прикрытие"?

Впрочем, вспомним о том, что на Зязикова уже покушались. В начале апреля его машина была взорвана, но сам президент, к счастью, не пострадал.

В одном из интервью Мурат Зязиков позволил себе некую толику откровенности — может быть, излишнюю для чиновника его уровня. Он сказал: "В Ингушетии есть структуры, которые мне не подчиняются. Но я заставлю всех соблюдать закон".

Чтобы понять, о каких структурах идет речь, отступим еще на месяц. 11 марта нынешнего года в Ингушетии бесследно исчез старший помощник прокурора республики, 29-летний Рашид Оздоев. Его отец — уважаемый среди ингушей человек, бывший судья, заслуженный юрист республики Борис Оздоев, — предпринял собственное расследование (возможности для этого у него имеются), и пришел к выводу: сына похитили.

По данным, собранным Оздоевым-старшим, произошло следующее. Вечером 11 марта в селе Верхние Ачалуки машину Рашида Оздоева — темно-зеленые "Жигули" 99-й модели — протаранила "Нива" с тонированными стеклами. "Ниву" сопровождала "Газель" с номерными знаками 26-го региона (Ставрополь) и серебристая "девятка» без номеров. В ней, по словам Бориса Оздоева, находились сотрудники ингушского УФСБ, которые "вели" машину Рашида. После столкновения из "Газели" высыпали вооруженные люди в камуфляже и захватили Оздоева-младшего.

Похищение произошло спустя четыре дня после того, как Рашид Оздоев направил официальное представление на имя Генерального прокурора России, в котором были выдвинуты серьезные обвинения в адрес УФСБ Ингушетии. В том числе одно из обвинений касалось причастности ингушских чекистов к исчезновениям жителей республики. . .

По сведениям, полученным Борисом Оздоевым, его сына (или же человека, очень на него похожего) несколько дней спустя после похищения видели во владикавказском УФСБ. Еще через несколько дней, сильно избитого, — на главной военной базе федеральных сил в Ханкале. Далее Рашида Оздоева вроде бы привезли в Москву, где его следы окончательно теряются.

В начале апреля Борис Оздоев направил телеграмму сразу в три адреса: Путину, Патрушеву и Грызлову. В ней он потребовал "срочного вмешательства" и проведения необходимых мер по розыску его сына. Ответа не было и нет. Если, конечно, не считать ответом неоднократные "предупреждения", которые вслед за тем последовали. Борису Оздоеву недвусмысленно намекали: если он не прекратит свое расследование, ему придется несладко.

Однако бывший судья оказался не из пугливых.

* * *

Разговор с Борисом Оздоевым начался не с последних событий. Борис Османович полагает — не без оснований, — что происходящее в регионе началось не вчера и даже не позавчера:

— Начинать нужно с 1991 года — с момента "привода" к власти Джохара Дудаева. В то время я был председателем Малгобекского городского суда, активно участвовал в создании Ингушской Республики и отделении ее от Чечни. Дудаева я хорошо знал, мы с ним выросли в Грозном на одной улице, Я всегда считал, что предлагаемый им путь ведет в никуда. И что наш маленький ингушский народ должен отмежеваться от курса, взятого Дудаевым.

В последний год у нас растет волна слухов об объединении с Чечней. Я читал закон, принятый Государственной думой еще в декабре 2001 года, — "Об объединении двух и более субъектов РФ". Этот закон будто специально для Ингушетии написан. Я уверен: объединение породило бы новый и гораздо более масштабный всплеск насилия на Северном Кавказе.

(Авторское отступление. Осенью 1992 года, во время осетино-ингушского конфликта, я был в Ингушетии. Хорошо помню приезд в Назрань Джохара Дудаева и его многочасовой разговор в Русланом Аушевым — тогдашним главой временной администрации Ингушетии. Разговор шел при закрытых дверях, но мне удалось узнать, что Дудаев настойчиво склонял Аушева к объединению, обещая взамен военную помощь в конфликте с Серерной Осетией. Но уже тогда практически все в Ингушетии понимали, к чему в конечном итоге приведет эта помощь.

Насколько мне известно, нынешний президент Ингушетии Мурат Зязиков также категорически против объединения с Чечней.)

— За все происходящее в республике, — продолжает Борис Оздоев, — должен нести ответственность ее руководитель. А о какой ответственности может идти речь, если наше УФСБ президенту Ингушетии не подчиняется? Начальник УФСБ ге-

нерал Коряков, когда он "под градусом" — а он "под градусом" часто, — говорит: "Я для вас Зязиков, я для вас президент, все будут выполнять мои указания. Я здесь никому не подчиняюсь!"

В. — Что вам удалось выяснить в связи с исчезновением вашего сына?

О. — Рашид — старший помощник прокурора республики, он помогал осуществлять надзор за органами ФСБ. У меня немало знакомых и друзей в правоохранительных органах, с их помощью я смог найти и "расколоть" офицера, который похищал моего сына.

Сами же сотрудники ФСБ рассказали мне. что в ночь на 12 марта в их гараже появились темно-зеленые «Жигули» 99-й модели с нашим региональным номером. Таких у нас в регионе только две. Они спросили меня: «Случайно не ваша?" И рассказали, что за рулем "Нивы", которая протаранила автомобиль сына, сидел офицер ФСБ Руставел Султыгов.

Я поехал к нему, посадил в мою машину и сказал: "Ну-ка, парень, расскажи, как ты похитил моего сына". Он растерялся, молодой еще, 26 всего, и от неожиданности спросил: "Как вы на меня вышли?" А потом подробно рассказал, как все произошло.

Я ему говорю: "Завтра приеду к тебе со своими родственниками-стариками, ты тоже организуй своих близких родственников-стариков. Расскажешь все в их присутствии". Это у нас традиция такая.

Назавтра все собрались, Руставел повторил свой рассказ. Вопросы ему задавали и его отец, и дед, и дядя. Весь разговор был записан на диктофон.

В. — Вы говорили об этом Корякову?

О. — Конечно. Он ответил: "Вы ошибаетесь. И Султыгов ошибается". Я спрашиваю: "Что вами как федеральной структурой сделано по розыску моего сына?" — "А это, — говорит Коряков, — секрет".

После того как стало известно о том, что я "расколол" Султыгова, ко мне из Москвы приехала комиссия (это было на 16-й или 17-й день после исчезновения Рашида). Ее возглавлял заместитель начальника собственной безопасности ФСБ Сергей Абрашин. Я рассказал им, что, по моим сведениям, сын сейчас находится в Ханкале. Абрашин обещал проверить .эту информацию и через 2—3 дня со мной встретиться. Так вот: он до сих пор со мной "встречается".

В. — Это Султыгов рассказал вам, что доставил вашего сына в Ханкалу?

О. — Нет. Он сказал, что доставил его только в УФСБ. Кстати. Все автомобили, въезжающие на территорию УФСБ в Назрани, фиксируются видеокамерами. Я неоднократно просил, чтобы была просмотрена видеозапись: въезжала ли туда машина моего сына с подбитым левым крылом? "Нива", которая таранила машину Рашида? "Газель", в которой его привезли? . . Но до сих пор запись никто не изъял и Султыгова никто не допросил.

У меня есть номера двух машин с "мигалками", которые Коряков, находясь во внутреннем дворе УФСБ, вызвал по мобильному телефону. Эти машины сопровождали "автозак" с Рашидом до Владикавказа.

В. — Вам удалось узнать, кто были те вооруженные парни в "Газели"?

О. — Да. Они из так называемого мобильного отряда, который базируется в Карабулаке. Отряд напрямую подчиняется Корякову.

В. — В чем, по-вашему, причина похищения Рашида?

О. — Полагаю, Рашиду стало известно о том, что Коряков и его люди получили информацию о готовящемся нападении террористов на Ингушетию. Но УФСБ если и ознакомило кого-то с этой информацией, то только свое начальство в Москве. Если это так, то становится понятным, почему боевикам сопротивлялись только ингушские милиционеры и пограничники.

В. — Может быть, и президент Ингушетии тоже. . .

О. — Понимаю, к чему вы клоните. Я знаю твердо: у Марата Зязикова подобной информации не было. Он человек честный, я ему верю. Знаю также, что именно президент Зязиков пытается противостоять тому беззаконию, которое творится в республике.

(Незадолго до событий 22 июня корреспондент из "Новой газеты" разговаривал с и.о. министра внутренних дел Ингушетии Абукаром Костоевым по поводу похищений людей в республике. Вот фрагмент этого интервью.

Костоев: - Похитители - военные. Это у них называется "спецмероприятие". Мы не можем запретить им действовать - таков приказ по МВД России. Если у машины спецталон, досматривать ее мы не имеем права. Президент Зязиков нам приказал: досматривать всех под его ответственность, чтобы ни одна машина не въезжала в Ингушетию и не выезжала из нее без досмотра.

Корр.: - Откуда в основном едут такие машины?

— Со стороны Чечни.

— Сколько машин со спецталонами остановили за последнее время?

— Вернули в Чечню 15 машин. Большинство были без номеров.

— Кем представлялись военные из этих машин?

— Главным образом офицерами ФСБ. Они шли на принцип, что подчиняться нам не должны. Мы тоже на принцип: пропустить не имеем права. Обычно они ссылаются на Корякова, главу ингушского УФСБ, что едут по согласованию с ним.

Напомню: Абукар Костоев погиб в ночь на 22 июня. Одним из первых. . .)

* * *

Из конфиденциальных источников мне стало известно, что начальника УФСБ по Ингушетии генерал-майора Корякова в ближайшие дни должны отправить в отставку (или — на повышение?). Однако он все еще на том же посту. И, похоже, тучи над его головой начинают рассеиваться. Во всяком случае, г-н Коряков, артистически выдержав некоторую паузу, уже вовсю разглагольствует о том, что рейдом на Ингушетию якобы командовал Шамиль Басаев.

Ну если так, тогда конечно. Если сам неуловимый Басаев. . . Какие уж тут могут быть претензии к УФСБ и к его начальнику? . .

* * *

Комментарий бывшего заместителя министра внутренних дел РФ, ныне председателя Комитета Государственной думы по безопасности Владимира Васильева

— Не могу сказать, что я обладаю существенной информацией. В статье Марка Дейча многое для меня было новостью – в частности, участие в нападении на Ингушетию известного международного террориста Абу Кутейба.

Начну с Басаева.

С одной стороны, ему, конечно, уже все равно: одним терактом больше, одним меньше. . . А с другой — этим заявлением он приобретает в Ингушетии десятки "кровников": родственники погибших в ту ночь ингушей никогда ему этого не простят.

Причин для такого заявления, как мне кажется, у Басаева было две. Признать, что эту акцию осуществили некие международные террористы, означало бы для него существенное сокращение финансирования, поступающего из-за рубежа. Кроме того, им руководила, по-моему, своего рода рекламная цель: мол, вот он я, живой и здоровый, у меня много оружия и вполне достаточно людей, готовых на все.

Теперь относительно финансирования. Да, оно идет, в том числе из Москвы, мы об этом знаем. Но ситуация тут непростая. Во многих регионах России есть чеченская диаспора, ее члены — вполне достойные люди, не имеющие никакого отношения к терроризму. Многие приезжают в Россию на заработки. Все они часть денег отправляют в Чечню, чтобы поддержать родственников, — среди кавказцев это вообще принято. И вот уже там, в Чечне, переправленные туда деньги "перераспределяются": часть используется на закупку оружия, на подрывную литературу. Определить, что куда идет, очень сложно, это тонкая материя, простым арифметическим действиям она не поддается. Заниматься этим необходимо, но так, чтобы не наломать дров.

И последнее. Я не исключаю, что цель нападения на Ингушетию заключалась в том, чтобы дискредитировать президента Зязикова. Для многих на Северном Кавказе он неудобен. Он неудобен для части тамошней политической элиты, для криминала, для бандитского подполья. Не секрет также, что в отношениях между президентом Ингушетии и некоторыми федералами есть определенный холодок. Потому что Зязиков настроен быть хозяином своей земли, отвечающим за все, что там происходит.

А это – рассказ о проказах генерал-губернатора ( то есть и генерала, и губернатора) Шаманова.

«Новая газета», 29 июля – 1 августа 2004 года.

«И ТОГДА ГУБЕРНАТОР НАСТУПИЛ МНЕ НА ЛИЦО. . .»

В минувшее воскресенье губернатор Ульяновской области Владимир Шаманов пригласил к себе на дачу и зверски избил одного человека.

У боевого «чеченского» генерала в декабре этого года заканчивается губернаторский срок. Начав его в 2000 с рейтингом в 52%, через 3,5 года он имеет всего 4—5%. Гражданская карьера Шаманова не состоялась. К военной уже не вернуться. Это для него, видимо, самое страшное.

В воскресенье Шаманов избил НЕ своего главного политического соперника на предстоящих в декабре выборах. Он избил НЕ журналиста из оппозиционного СМИ. Он избил НЕ общественного деятеля, критикующего его как. губернатора. Шаманов избил СВОЕГО ДРУГА - Хамзю Ямбаева. Бывшего друга. Он избил человека, который пригласил его в 2000 году на пост губернатора. Он избил его за то, что тот сформулировал вслух его личную драму: в Ульяновске он не оста-

нется, а уходить ему некуда.

На следующий день после случившегося с X. ЯМБАЕВЫМ встретился корреспондент «Новой» Екатерина ГЛИКМАН.

О. — Непонятные вспышки ярости, ненависти у него были и раньше. В прошлом ноябре, например, пригласил меня в баню и там говорит: «Я тебя посажу». «Зачем?» — спрашиваю. — «А просто так. Посидишь немного в тюрьме». На других кричал. Мы объясняли это тем, что, наверное, проблемы его совсем достали. Не справляется. «Крыша» поехала.

В. — Он часто так срывался?

О. — Бывало. Некоторых обещал убить. Я раньше думал: сгущают краски. Теперь я в это верю. Причем, когда он это говорит, он это говорит не для публики. Это не гротескная форма отношений. Он на самом деле так думает. Как вариант, как быть с человеком.

В. — То есть не для устрашения?

О. — Нет. Для него это не пустой звук. В тот момент, когда он это говорит, — я вчера (25 июля. — Ред.) понял по глазам, по поведению, — он сам себе верит. Верит, что да, он повесит, кого говорит.

В. — Причины вчерашнего? Какие, вы думаете?

О. — Во-первых, интервью со мной в «Симбирском курьере». опубликованное 10 июня. Никакого секрета в том, что я там сказал, нет. Это было давно уже и не раз напечатано. Просто я собрал все в одном месте и объяснил, почему у нас будет другой губернатор, не Шаманов. Во-вторых, письмо (см. далее. — Ред.).

В. -Какое?

О. — В субботу мы сидели в кафе с друзьями. Разговор, естественно, зашел о Шаманове. И тут один из них, Качура, мне говорит: «Вчера Шаманов про тебя спрашивал». (В последнее время он постоянно передавал через кого-нибудь что-то вроде того: скажите, что, он еще жив, или что он еще на свободе. . . Заколебал он такими «приветами».) Ну, друзья посоветовали написать в ответ письмо. Я и написал тут же. В воскресенье утром его Шаманову передали. В воскресенье днем, когда я уже собирался ехать на встречу с вами, звонит начальник его охраны и говорит: «Владимир Анатольевич приглашает вас к себе на дачу в 17.00».

В. — Зачем? Причину не объясняет?

О. — Он сказал, что не знает. И сказал, что машина за мной уже выслана. . . Нас было трое, кого привезли к нему на дачу: я, Костылев и Черепенников — все члены клуба?. Я еще хотел заехать к вам, но времени не было, охранник торопил. Шаманов, кстати, знал, что я с вами должен был вчера встретиться. Потом, на даче, он говорил: «Я тебе покажу московского корреспондента! Я тебе покажу НТВ!». Начал перечислять. . . А на НТВ я и слова не сказал, просто попал в кадр ?.

В. — Когда все вчера началось? Сразу?

О. — Сразу. Приехали. Его нет. Через полчаса он подошел — и началось. С Костылевым и Черепенниковым он поздоро-

вался, потом подошел ко мне и говорит: «Ну что, подонок!» Я ему: «Подожди. Успокойся. Некультурно так при людях. Ты же губернатор». «Вот я тебе сейчас покажу, какой я губернатор!» – и бац ногой.

В. — То есть драться начал он, не охранники?

О. — Он. Дал пинка. Еще. Я ногу его удержал: «Ты что делаешь? Успокойся. Неприлично».

В. — Охранники рядом были?

О. — Стояли за мной. Четверо их было сначала, потом один ушел. Он охраннику сказал: «Давайте всех в баню». Костылева и Черепенникова завели в баню. А мне говорит «А мы пойдем с тобой за баню». Там он и три охранника. Держат меня за ремень Он приказывает им: «Сделайте из него отбивную. Чтоб превратился в холодец». Они в нерешительности сначала стоят. «Я вам приказываю!» Ну те начали. Робко сначала, потом всерьез. Он тоже.

В. — На лице у вас нет следов Они специально по лицу не били?

О. — Да. Он сказал: «Отбейте ему весь низ, чтоб был холодец».

В. — Били по спине?

О. — По спине и ниже. Пинками. Профессионально. Потом я уже не мог стоять. Упал. «Пинайте!». И кто-то из них, по-

моему, он, — потому что охранники были в ботинках, а он в сланцах, — наступил мне на лицо сланцем, прижав голову к земле, а те пинали.

В. — Он тоже?

О. — Конечно. Еще вырвал у меня мобильный телефон. Отдает охраннику: «На, это теперь твой». Тот не взял, отложил в сторону. Тогда Шаманов разбил его об землю.

В. — Что он говорил, когда бил?

О. — Начал всерьез грозить: «Я тебя убью! Я тебя застрелю! Я тебя сейчас вздерну!». Охранник говорит: «Может, его расчленить да в топку?». Он говорит: «Да успеем». Потом подняли, поставили к стенке. Я на ногах не могу держаться, прислонился. И он говорит: «Вот ты — первый. После тебя будет этот грузин ?. Обезьяна грузинская! Я из него котлету сделаю. А потом Гринберга повешу на осине 4. Всех евреев перевешаю!» — «А они-то при чем?» — «Ах, ты еще разговариваешь! Всыпьте ему еще, чтоб молчал!».

В. — Как вам показалось, он был пьяным?

О. — Мне показалось, он был невменяемым. Не контролировал себя.

В. — А пьяным был? Запах от него был?

О. — Да, выпимши был. Водку-то он хорошо держит. То, что до этого он вылил, это безусловно.

В. — Что значит «водку хорошо держит»?

О. — Он может выпить много и держаться, что незаметно.

В. — Сколько это длилось? Сколько вас били?

О. — Приехали в шестом. . . Он появился через полчаса. Ну где-то около часа.

В. — Били около часа?

О. —Да.

В. — А потом?

О. — Потом откуда-то появился начальник УВД Лукин. Шаманов до этого звал, кричал: «Где этот мент?». Говорил охраннику: «Вызови этого генерала Лукина сюда. Пусть он его увезет в тюрьму». Димитровградскую почему-то.

В. — К Буданову?

О. — Может быть. Я его спрашиваю: «В тюрьму-то за что?» — «Да ты вот там все поймешь!». Охранник ему что-то сказал, что не получается его найти. А он: «Где этот мент, сука! Лука где? Лука где?» — охраннику кричит. В конце концов они его где-то достали по телефону. Он пришел. К бане.

В. —И что?

О. — Он увидел это дело. Шаманова отвел что-то в сторону и там что-то, видно, сказал ему. После этого бить перестали. Лукин ушел, больше не появился. Шаманов один возвращается. «Правовик хренов! Да я этого генерала своими руками сделал! А право — это. . . Повернешь вправо — вот тебе и право» — идет и как будто сам с собой разговаривает. Лукин, видимо, ему сказал там, что правовыми методами надо действовать. Может, посоветовал ему, что так нельзя делать.

В. — Что было после этого?

О. — Он завел меня в баню. К этим товарищам. Там они начали за меня заступаться.

В. — Они могли слышать, что творилось за баней! Или видел.? Окошко там было?

О. — Окошка не было. Видеть они вряд ли видели. Но знали, что там не по душам разговаривали. Тем более они видели меня: я тогда еще хуже ходил, чем сейчас. Ноги не держали, как ватные были. Я за стенку держался. Они поняли, конечно, все. Да и удары-то первые были при них.

В. — А что было потом в бане?

О. — Зашли. Шаманов налил водки: «Пей». Я не стал. Они выпили. И он сказал: «Тебя никто здесь не спасет, за тебя никто здесь не заступится. Лукина я вызвал специально. И я ему поручу, чтоб он тебя сгноил». Мы недолго еще там были. Потом на той же машине уехали.

В. — Он не объяснил, зачем он это делал?

О. — Он сказал, чтобы проучить. Чтобы варежку не раскрывал. Чтобы другим неповадно было.

В. — А при этих двоих зачем?

О. — Наверное, чтобы показать, что у него нет сентиментальностей.

В. — Чтобы все об этом потом узнали?

О. — Я думаю, он так и полагал: что это не останется тайной, что в обществе это станет известно. И многие задумаются, кто сейчас вякает.

В. — Вам показалось, что он не в себе?

О. — Да. Он был, как психически ненормальный. Ни с того ни с сего начал вдруг такие заявления делать: «Да я до того, как стать генералом, я был вором-форточником!».

В. — Это когда вас били?

О. — Да «Я вор-форточник! Для меня человеческая жизнь ничтожна. Я убью и не моргну! Я застрелю! Если я обещал, то я сделаю!». И все такое.

В. — Еще были какие-то такие фразы?

О. — «Я — почетный гражданин города Махачкалы» — тоже ни с того ни с сего. Или: «Да я с грузинскими ворами пил!».

В. — Что вы собираетесь делать дальше?

О. — Подать в суд за нанесение побоев, оскорблений. И обязательно нужно апеллировать к президенту. Не то, что меня избили в бане, а то, что человек не соответствует занимаемой должности, совершает неадекватные поступки, в том числе. Я напишу письмо президенту.

В. — Эта задача появилась у вас после вчерашнего?

О. — Да. До этого я думал, что предрешен исход выборов и так. О чем я ему и говорил. Пытался сказать. В письме.

• Записано 26.07.2004

1 Клуб был создан еще в начале 90-х В него входила районная элита: директора предприятий, предприниматели. Собирались в физкультурном клубе «Здоровье», парились, пили. Именно в клубе в 2000 году возникла идея пригласить в Ульяновскую область Шаманова. Костылев — президент клуба, проще — директор бани. Клуб существует до сих пор.

2 Это был прямой телемост с Ульяновском в передаче Савика Шустера «Свобода слова» о коррупции. На телемост пригласили несколько человек. Но вокруг камеры стихийно образовалась толпа. Журналист сказал: в московской студии — Шаманов, вы можете ему задать вопросы И тут поднялся гвалт. Про горячую воду, про то, что Шаманов все разворовал. Жена офицера жаловалась, что в доме, обещанном военным, поселились замы Шаманова. Медики о своих проблемах. И так далее. Никто — слова доброго о Шаманове.

3 Имеется в виду Матвей Володарский — известный ульяновский журналист, редактор местной оппозиционной газеты.

4 Имеется в виду Исаак Гринберг — известный ульяновский предприниматель, профессор, единственный человек, с самого начала открыто выступавший против прихода Шаманова на пост губернатора.

Письмо губернатору

Чтобы Качура ничего не перепутал, изложу свое мнение в ответ на твои «приветы». Ты почему-то упорно меня записываешь в свои политические враги, хотя я и не занимаюсь политикой.

По «политическим» отношениям. Для тебя лучше как-нибудь «слинять» из области, «назначив» преемника. Лучше Шканова М.И. Он, конечно, не губернатор, но он не сдаст. Это лучший вариант, чем получить «пенделя» на выборах. Чуда нет, итог выборов ясен. Народ устал. Живет плохо и просвета не видит. В 2000 году народ связал с тобой свои лучшие надежды, а теперь разочаровался. Сейчас власть ругают даже больше, чем при Горячеве. Мой совет — из дружеских побуждений. Возможно, тебе никто этого не скажет в твоем окружении, нет никого, кто бы с тобой пошел до конца. На выборах тебя сдадут даже радостнее, чем это случилось с Горячевым. Не заблуждайся насчет некоторых партийных клевретов, которые (одни — по наивности, иные — по глупости) с тобой солидарны.

По «дружеским» отношениям. На выборах 2000 года роль ФК «Здоровье» неоспорима. За тебя бились исключительно за друга и совершенно бескорыстно, а теперь этого уже не будет. Я лично против. Многое можно вспомнить, но лишь эти примеры: Нехорошо обошлись с Рафаилом Абулхановым. Необъяснимая ненависть (по случаю в бане 7.11.2003) ко мне.

Безосновательные конфликты у тебя случаются с самого начала губернаторства. Это никак не идет на пользу делу и ничем не объяснить. Мне известна твоя реакция на иное мнение, но ведь люди все равно будут иметь свое мнение на все, что ты делаешь. С этим надо считаться, а не видеть врага там, где нет.

• Хамзя Ямбаев, 24.07.2004

Официальная версия

Татьяна КИРИЛЛОВА, директор департамента по информационной политике администрации Ульяновской области

В. — Скажите, что Шаманов сделал хорошего за три с половиной года? Только, пожалуйста, не будем про бывшего губернатора Горячева.

О. — А вот если бы на вас вдруг повесили огромные чужие долги и сказали бы: ну-ка, давайте сделайте это, постройте это, купите это. Вы бы смогли?

В. — Но ведь в 2002 году «горячевский» долг реструктурирован на 15 лет? Беспрецедентный, надо сказать, по российским меркам подарок.

О. — Это неправда. Вы говорите о долге энергетикам, но ведь есть еще и другие.

В. — А мы с вами давайте поговорим именно о долге энергетикам. Он главный. Итак, «горячевский» долг реструктурирован в 2002 году, и с тех пор, как мне заявили в «Ульяновскэнерго», по нему не было ни одной выплаты. Кроме того, растет долг новый, уже «шамановский». Все-таки при нем уже были три зимы.

О. — Мне трудно об этом говорить, я не владею цифрами.

В. — Но новый долг есть?

О. — Естественно. Но нельзя же все бюджетные деньги перекинуть на погашение этого долга, есть же долги и в других сферах. Вы можете себе представить: долг был в три годовых бюджета области.

В. — Вы опять о «горячевском»? Что Шаманов сделал хорошего за три с половиной года?

О. — Я могу говорить о мелких вещах, которые видит любой горожанин. Пустили маршрутки, открыли казино. Но это оставим за кадром. Поговорим о серьезном. Вот Ульяновская область по сравнению, например, с Пензенской (сходной по территории и населению), собирая налогов больше, получает трансфертов на 2 млрд. меньше. Возьмем социалку. Вот такого количества открытых поликлиник, отремонтированных школ — такого не было никогда. Еще сейчас открывается расчетно-кассовый центр ЖКХ, все проплаты становятся прозрачными. Понимаете, Шаманов слишком прогрессивен для Ульяновской области. И какие-то глобальные шаги, которые он предпринимает, — результаты их появятся только через несколько лет. Может, через 5, может, через 10. Таких усилий здесь никогда не предпринималось. И мышление его здесь многим непонятно. Слишком крупными шагами он шагает. А население что: есть горячая вода — хороший Шаманов, нет — плохой. Оно не думает, что будет через 5 лет, как будут жить дети. В макроэкономике изменения грандиозные.

В. — В чем они выражаются?

О. — Я вам говорю: простой человек ощутит это через несколько лет. Ошибка Шаманова — он не объясняет людям, что он делает. Вы встречались с ним когда-нибудь? Вы бы сразу поняли, какой это замечательный человек.

ПОСЛЕ БАЛА. Репортаж из региона, глава которого, избранный 56% голосов, устраивает публичные экзекуции

• Екатерина ГЛИКМАН,

наш спец. корр.

Ульяновская область

В наборе открыток об Ульяновске, купленном мною за 17 рублей на центральном почтамте города, нет Ленина. Это непонятно. Даже дико. Сам же Ленин — то есть его главный монумент — в оползневой зоне. Берег Волги лет десять не укрепляли. Рядом с Лениным у здания филармонии в земле обнаружены трещины глубиной до 10 метров.

Между Лениным и зданием областной администрации, выкрашенным в странный нежно-сиреневый цвет, — выпуклое море пустого асфальта, усеянного трещинками, из которых пробивается трава. Машин нет — вокруг кирпичи. Даже губернаторскую машину подают к черному ходу. Если бы изредка из сиреневой администрации с белыми колоннами не выходили люди, то можно было бы подумать, что город мертв.

Дальше — бетонные строения ленинского мемориального центра. Здесь вся земля залита бегоном. Среди бетона — жалкие голубые eли. Волга, изуродованная водохранилищами, вовсю цветет. Воздух какой-то застойный. Во всех смыслах.

Город застрял во времени. «Фирменные» магазины и казино на это ощущение не влияют. Люди-то почти не изменились.

Когда-то Екатерина Великая, посетив Симбирск, пришла в ярость: земля прекрасная, чернозем, а люди ленивые. Совет-

ские времена эту черту симбирян только усугубили. «Мы стали заложниками того, что мы — родина Ленина». Другие районы страны добывали уголь, нефть, плавили металл. . . А Ульяновск «работал» родиной Ленина. Ну а родина Ленина плохо жить не может по определению. Поэтому из союзной казны текли в Ульяновск советские деньги. Ульяновцы привыкли.

Исторические черты и советские привычки замешали на лжи (говорят, и дом-музей Ленина — это вовсе не его дом, да и в музее вместо экспонатов — сплошные муляжи), и будто залили все это сверху толстым слоем бетона. И получилась Уль-

яновская область — ныне один из самых «депрессивных» регионов страны, завязший в энергетическом, политическом и социальном кризисе.

Ах, как любили ульяновцы дедушку Горячева! Он все время повторял: «Я кормлю народ». И народ называл его «кор-

мильцем». Вокруг бушевали реформы начала 90-х, народ голодал. А за пазухой у Горячева было тепло и сытно.

Знаменитое «ульяновское чудо», «островок коммунизма», плывущий по курсу «мягкого вхождения в рынок». Как только это не называли. Энергетиков Горячев просто не признал. И не заплатил им за годы своего правления ни копейки. До 1995 года область отоваривалась по талонам. Ульяновцы подкармливали даже московских родственников — у кого они были.

А как народу нравились публичные порки, которые устраивал Горячев! Так называемые «селекторные совещания». Раз в неделю около 150 машин мчалось в очередной район. Совещания транслировались по телевидению. Народу было приятно видеть, как больших начальников, директоров крупных предприятий распекают при всем честном народе: «Что же это ты, Вася, так плохо работаешь?».

Но кто-то еще тогда очень точно выразился: «Мягко войти можно только в навоз». К середине 90-х «чудо» кончилось. В итоге съели всех коров, всех свиней — практически все. Ничего нового взамен не появилось. А в это время соседние области стали выходить из кризиса. Тут народ и стал считать, сколько бензина уходит на одно выездное «селекторное» совещание и сколько можно было бы на эти деньги купить солярки для тракторов.

К 2000 году ульяновцы были готовы выбрать любого человека, лишь бы не Горячева.

Идея призвать на царство в Ульяновск генерала Шаманова родилась в бане. Сразу же в московский госпиталь, где тогда лежал Шаманов, из Ульяновска прибыла делегация во главе с Ямбаевым.

Молодой боевой генерал, Герой России — фигура была настолько беспроигрышной, что можно было даже не пиариться.

Ульяновская область досталась Шаманову с огромными горячевскими долгами, с одной стороны, и с кучей неприватизированных крупных госпредприятий — с другой.

Во время предвыборной кампании Шаманов обещал все: построить второй мост, отдать долги бюджетникам. . . — все, кроме одного: он не обещал устроить в Ульяновской области тотальный передел собственности. Сделал, похоже, только последнее.

За три с половиной года, что Шаманов у власти, в области почти не осталось бесхозных, то есть государственных, предприятий. С Шамановым пришла команда москвичей — все ее называют «группа Никиты Михалкова» — и поделила область.

Я встречалась с ульяновскими политиками и предпринимателями, журналистами и общественными деятелями, просто заговаривала с людьми на улице. И всех спрашивала: ну, может, он все-таки сделал за эти годы хоть что-то хорошее (официальный ответ на этот вопрос см. ниже). Никто не смог ничего вспомнить. Лишь одна общественница сказала: «Он спорт поддерживает». «А в чем это выражается?» — спросила я. «Часто дарит мячи».

Зато все непременно вспоминали разные абсурдные истории. Как, вернувшись из загранкомандировки, губернатор мечтал заполонить область ветряными мельницами. Или как проводил губернаторские балы. Самые богатые люди Ульяновской области пили и ели среди произведений искусства в Художественном музее, курили среди антикварных книг во Дворце книг. Билет на такой бал стоил 10 тысяч рублей. Деньги должны были пойти на благотворительность. Облагодетельствованные обществу до сих пор неизвестны.

. . .Рядом с сиреневой администрацией — бетонная гостиница «Советская». «Удобства все, кроме воды!» — рявкает де-

журная. У лифта висит объявление: «Убедительная просьба экономить воду и электроэнергию». Добрые люди советуют идти в «Волгу». Там в подвале свой котел, в определенные часы утром и вечером дают горячую воду.

В киоске покупаю и изучаю с десяток местных газет. Вот главные новости последних дней. Мост через Волгу, соединяющий две части города, на выходные закрыт — в связи с ремонтом. Москва выделила еще 200 млн. рублей из резервного фонда на погашение задолженностей перед ульяновскими энергетиками. Главный санитарный врач города закрыл городской пляж — там свалка. Губернатор у очередного журналиста выиграл в суде 5 тысяч рублей. Губернатор уехал в Москву на свадьбу дочери (откуда-то местным журналистам известны шикарные подробности торжества). Гу-

бернатор вернулся.

— Шаманов, так он же у нас как Брежнев! — сказала мне одна женщина.

— Да ладно, только Героя России и носит.

— Нет, не из-за орденов. Его каждый тень по телевизору показывают по многу раз. И я заметила: он все время что-то держит в руках. С пустыми руками не появляется. То ящик с молоком взял на молокозаводе, то с гаечным ключом стоит. . . Ну представьте: стоит с ящиком. Это же глупо! А в последнее время, ближе к выборам, я отметила тенденцию: в его руках :тали появляться люди.

– ?!

— Дети в основном. То на руках ребеночка держит, то за руку девочку ведет. Абсурд зашкаливает.

P.S.

В феврале этого года ульяновские ученые стали лауреатами премии правительства РФ 2003 года в области науки и техники. Среди ученых в списке лауреатов оказался губернатор Шаманов. Узнав об этом, профессор Исаак Гринберг тут же отправил в Совет по присуждению премий свой отзыв — «Отзыв о творческом вкладе авторов работы «Разработка научно-технических основ и создание промышленных комплексов безотходного применения технологических жидкостей при обработке металлов»:

«Нет сомнений в актуалыюсти работы и ее высоком научном уровне. Худобин Л.В., Булыжев ЕМ., Горбоконенко АД., Мишин B.А. и др. — это выдающиеся российские ученые, крупные специалисты. Более того, Мишин В.А. — ученый мирового уровня.

В то же время Шаманов В.А. никакого отношения к данной работе не имел и не имеет. Это глава администрации Ульяновской области, до этого более 20 лет служил в армии, генерал. Возможно, он хороший специалист военного дела. Но это не дает никаких оснований для включения его в состав авторского коллектива. ". . ." Присуждение В.А Шаманоу в составе данного авторского коллектива премии правительства будет способствовать дискредитации этой почетной премии. ". . ."

Гринберг И.П., д.т.н., профессор, заслуженный изобретатель, лауреат Государственной премии в области науки и техники, академик российских и международной академий».

С июня сего года Гринберг уволен из института, в котором преподавал, кстати, бесплатно.

Отойдем на время от политики и вспомним о двух недавних годовщинах. В июле всякий раз вспоминают Высоцкого. Сегодня вы имеете возможность познакомиться с рассказом о Высоцком-композиторе.

«Новое время», №31 за 2004 год.

ПОЮЩИЙ ПОЭТ\

24 года назад не стало Владимира Высоцкого.

О его месте в российской поэзии спорят до сих пор.

О нем как о композиторе сказано только плохо или ничего

Аркадий Петров

«Конечно, музыка в его песнях играет подсобную роль. . .», «Успех его песен во многом был обусловлен злободневностью содержания. . . », «В его песнях господствует мысль, а не композиторское мастерство. . .» Цитаты из вполне доброжелательных высказываний об артисте.

Итак, Высоцкий не был композитором в расхожем смысле этого слова. Он был «поющим поэтом». Музыка лишь усиливала смысл и выразительность его слова. Впрочем, он и сам не раз давал повод судить о его песнях как о распетых стихах. Постоянно напоминая о том, что знает лишь три гитарных аккорда, он говорил: «Я вот подобрал музыку. . .», «Песня эта не моя, а Кохановского, а я только мелодию придумал. . .»

Главный признак «некомпозиторства» Высоцкого - то, что он никогда одинаково не повторял песню. Двух схожих записей одной и той же вещи у него просто не существует; каждый раз - какие-либо новые вариации или мелодические отклонения. Он постоянно нарушал общепринятые схемы. Мог два раза повторить вторую половину куплета там, где этого «по правилам» не нужно было делать. Не всегда выдерживал паузу. В отличие от других вокалистов тянул не гласные, а согласные, причем не только звонкие, но и глухие (получались маленькие акустические «взрывы») - особенно в песнях драматических.

Высоцкому было трудно записывать пластинки. Иногда ему везло - попадались ансамбли, которые аккомпанировали ему с большим тактом по отношению к содержанию и стилю песни. Так, удались песни для фильма «Вертикаль», для пластинки «Алиса в стране чудес». Но бывало и по-другому -ансамбль «Мелодия», например, сводил песни Высоцкого к эстрадным стандартам, хотя были и «попадания» («Кони привередливые»). Иногда Высоцкий напоминал Лаокоона, опутанного змеями: он кричал, стараясь перекрыть громоздкую аранжировку. В таком виде были записаны «Корабли», где назойливый аккомпанемент просто убивает душу песни. А шаблонные отыгрыши в «Утренней гимнастике» и «Москве -

Одессе» придавали песням неприятную легковесность.

Высоцкий как композитор - тема трудная. Прежде всего потому, что он иногда использует чужие мелодии. Например, в «Диалоге у телевизора» мы слышим фразу из кубинской песни «Кто ты»: «Уж лучше помолчала бы!» - отчитывает свою Зину мрачный герой песни, поскольку «своей» мелодии в душе у него нет. Тут впору вспомнить, что Высоцкого нередко отождествляли с героями, от лица которых он пел. И это не автор, а именно персонаж «неразборчив» в музыкальных интонациях, приспосабливая к своим излияниям все, что попадется под руку. . .

Головокружительный порыв страсти, отчаянная удаль и вызов судьбе - таков Высоцкий в своих «цыганских» песнях. «Моя цыганская!» - объявлял он в концертах песню «В сон мне - желтые огни. . .». Здесь уже не персонаж, а сам он, Владимир Высоцкий, взял целиком мелодию знаменитых «Двух гитар», слив ее со своим стихом-криком: «И ни церковь, ни кабак - ничего не свято! Нет, ребята, все не так, все не так, ребята!»

Артист разгадал в мелодии ее трагический накал, освободив от пошловатых наслоений, вернув песне чистоту и благородство. В пророческих «Конях привередливых», построенных на оригинальном мелодическом материале, артист использует широко известную «Цыганочку», создавая образ потрясающей силы в песне, не имеющей никакого отношения к цыганской тематике. А ведь без этой «Цыганочки» ее уже и представить себе невозможно. Вообще, если новые стихи хорошо пелись под старую мелодию, гармонировали с ее душевным настроем, Высоцкий эту мелодию спокойно пускал в дело. Так, его «Корабли» звучат на тот же мотив, что и «Прощание с горами», а «Верю в друзей» - на мелодию «Моей печали».

В уже готовых песнях Высоцкий переставлял строчки и целые строфы. Не менял ни слова - а песня приобретала иной смысл. В песне «Случай в ресторане» фраза «Капитан! Никогда ты не будешь майором!» пришлась (в окончательном варианте) на концовку песни: теперь она как бы защищала молодых от несправедливых упреков. . .

Стремление интонационно и ритмически воспроизводить бытовую речь привело Высоцкого к созданию пе-

сен-речитативов. Исполняя их, он почти не пел, а выразительно произносил речь под аккомпанемент гитары,

«Товарищи ученые», «Я вчера закончил ковку», «Честь шахматной короны» и многие другие можно лишь условно назвать песнями. Мы слышим здесь естественную человеческую речь, мастерски индивидуализи-

рованную присутствием на спектакле одного актера, беспрерывно перевоплощающегося в различных персонажей и создающего разнообразные человеческие характеры. Юмор здесь неизбежно приправлен изрядной долей сатиры, за которой нередко скрывается горечь. Композиторское чутье никогда не подводило Высоцкого: он знал, в каких случаях надо «сказывать песню», а в каких - петь.

У Высоцкого немало оригинальных мелодий, которые имеют право называться шедеврами отечественной песни. «Песня о земле», «Он не вернулся из боя», «Все равно я отсюда тебя заберу» - какие прекрасные, хорошо «сочиненные» композиторские мелодии! Их теплота и задушевность, возвышенная лиричность и мужественность, а вместе с тем - великолепное развитие мелодической темы, отточенность каждой фразы позволяют предположить, что расцвет композиторского дара Высоцкого был еще впереди. . . Высоцкий умел подойти к теме драматургически - плавная проникновенная мелодия со спокойной фактурой сопровождения вдруг приобретала у него ритмическую поступь тревожного марша («Песня о земле»), он добивался необычайной простоты мелодического рисунка, чтобы песня оказалась пригодной и для тихого группового исполнения («Он не вернулся из боя»), находя мягкие, почти акварельные краски для передачи тончайших нюансов трепетного чувства любви («Все равно я отсюда тебя заберу»).

С именем Высоцкого теперь уже навсегда связано развитие нашей песни. Его герои прорываются через житейское к возвышенному и обретают удивительную цельность. Сквозная идея его песен - непременное воскресение творческой личности после смерти.

И последний материал письма – еще одна годовщина. 80-летие Лиозновой. Она хорошо сказала о своей жизни – «еврейское счастье».

«Новое время», №31 за 2004 год.

Татьяна ЛИОЗНОВА:

«И БЫЛО МНЕ ЕВРЕЙСКОЕ СЧАСТЬЕ. . .»

Леонид Ильич обещал актеру Вячеславу Тихонову заслуженные в тылу врага звания и ордена. «Семнадцать мгновений весны» - классика отечественного кинематографа. Режиссеру этой картины Татьяне Лиозновой в этом году исполнилось 80 лет

В. - Говорят, была Татьяна Лиознова - знаменитый режиссер, лауреат, орденоносец, профессор. Были слава, имя, прочный тыл. Оглянуться не успела - ни работы, ни денег, ни советского кино. . .

О. - Дело не в строе или социальном статусе. Я была не просто молода, здорова и успешна. Я была счастлива, потому что жила своими картинами, снимала их из любви к людям и для людей. Я ни пить, ни есть не могла без своих зрителей. Не просто хлебом-солью встречали нашу съемочную группу в кинотеатрах страны, а как своих родных. Директора, заведующие клубами, кассиры, билетерши приносили из дома посуду, скатерти, еду. . .

У нас считается хорошим тоном иронизировать над прошлым. А прошлое - оно не совсем однозначно, и в нем чего только не было.

В. - Но на отсутствие зрительского внимания вам и сегодня жаловаться не приходится. «Евдокия», «Три тополя на Плющихе», «Семнадцать мгновений весны», «Карнавал», «Мы - нижеподписавшиеся» - ваши фильмы не сходят с телевизионных экранов.

О. - Письма от зрителей по-прежнему приходит мешками, но, как человека творческого, меня, конечно, сильно расстраивает то, что сейчас я не у дел. Ведь в моем понимании жизнь может быть нормальной, только когда в ней есть интересная работа.

В. - Какой вы сняли последний фильм?

О. - Я не совсем понимаю сейчас аудиторию, которая находится по ту сторону экрана, а мой самый последний фильм - «Конец света с последующим симпозиумом» - до зрителей так и не дошел. К моему великому огорчению, картина была показана по телевидению только один раз и ее тут же запретили. Видимо, потому что делалась она совместно с американским автором. Я не могла выбросить из фильма ни одного слова. Было это в 1986 году. И телевизионные ребята тогда вздрогнули. Они почему-то всегда вздрагивают при слове «Америка». Реагируют неадекватно, не знают: падать ниц или бежать сломя голову, пока при полной памяти.

В. - О вас говорили: «Язык как бритва» и называли «железной леди» советского кино. Один из первых отече-

ственных мюзиклов — ваш фильм «Карнавал» - про обычную девчонку, которая идет к цели, пробивая стены собственным лбом. Вы знаете, что это такое?

О. - Еще бы. У меня все фильмы так или иначе про себя.

Если уж я бралась за что-то в своей жизни, то шла напролом, чего бы это мне не стоило. Вопросов, трудно будет или нет, справлюсь ли, никогда не было. После первого испытательного семестра меня выгнали из ВГИКа за профнепригодность. Сначала я, конечно, порыдала как следует, а потом встряхнула себя и написала этюд. В то время я часто возила белье в ведомственную прачечную, где работала мамина знакомая. Была долгая дорога в трамвае через всю Москву, попутчики попадались колоритные, я их реплики потом во многих фильмах использовала. И в тот свой первый этюд тоже вставила. А вместе со мной отчислили несколько человек. Я их отыскала, уломала репетировать. Как уговорила Герасимова посмотреть - отдельная история. Но после просмотра он сказал, что мы все можем возвращаться. Все -понимаете?

А в 1948 году меня уволили со студии Горького - еврейка. Кадровик в главке, куда я пошла восстанавливать справедливость, так кулаком по столу грохнул, что карандаши из стаканчика вылетели: «Вы нигде не будете работать!» И чья взяла? Я много чем в своей жизни занималась. От безденежья научилась кроить и шила вместе с мамой халаты: все в оборках, необыкновенной красоты, сказочные просто. Я их продавала и покупала масло, яйца, булки, сгущенку. И было мне еврейское счастье. Я работала и помощником режиссера, и ассистентом, и вторым режиссером, и помощником монтажера, и полы мыла, и окурки за все-

ми убирала. И что - это плохо?

В. - Ради профессии режиссера вы отказались от семьи и личного счастья. Теперь, спустя годы, не жалеете об этом?

О. - Семья у меня была. Я жила вдвоем с мамой - нежной, наивной, трогательной и любящей. Простая женщина с Черниговщины, три класса образования. . . Она стала не только моим лучшим другом и советчиком в жизни, но и главным зрителем - тонким, умным, понимающим.

Отец любил ее безумно, но в 41 -м ушел в ополчение и погиб под Смоленском. У нас в семье все мужики погибли, остались одни бабы. Мама была очень больным человеком, диагноз безжалостный - сердечная астма. Помню картинку из детства: мама лежит, стонет, а у кровати отец носовым платком лихорадочно моет пол - помочь не может, но чтобы хоть дышалось легче. А сколько я потом бессонных ночей про» вела у ее постели - разве об этом расскажешь? Вот мужа и детей действительно не было. Значит, не судьба. Но со мной сейчас моя приемная дочь -Людмила Лисина.

В. - Правда, что в числе ваших поклонников были академик Кириллин и Константин Симонов?

О. - Довольно-таки смешно мне в мои-то годы вспоминать былые победы. Знаю, что многие публичные люди делают это с превеликим удовольствием, но я не из их числа. Нет ничего нелепее состарившегося секс-

символа. Я - не Кончаловский и не достигла уровня его раскрепощения.

Помню, конечно, все свои романы. Ну и что? Не книгу же теперь об этом писать. Я работаю сейчас над книгой, но она не о личной жизни, а о моей режиссерской судьбе.

Симонов был мной увлечен, но нe думаю, что его чувства ко мне были глубокими. Он был тогда главным ре-

дактором «Литературной газеты», куда я писала заметки, потому что денег катастрофически не хватало. Константин Михайлович замечательно ко мне отнесся, а я боялась ответить на его ухаживания, да и мама моя была категорически против этого мезальянса. Однажды она увидела нас во дворе у машины, на которой Симонов меня подвозил, и устроила дома выволочку: ты - молодая девушка, раскатываешь с солидным мужчиной, что о тебе подумают? И не то чтобы я тогда испугалась, просто действительно мелькнуло: кто я, а кто Симонов? А мой последний поклонник - Иван Васильевич Кириллин - был страшным противником того, чтобы я снимала фильм «Мы - нижеподписавшиеся». «Ну, у тебя будут крупные неприятности. Откажись от съемок, пока не поздно», - уговаривал он. Мне легче было отказаться от Ки-

риллина.

В. - Многие считают, что выбор Тихонова на роль Штирлица был вообще пророческим. Какой-то журнал в середине девяностых провел социсследование - читателю предложили избрать президента России из любимых киногероев. С гигантским отрывом победил Штирлиц. Пришло время, и страна избрала в лидеры подтянутого, немногословного полковника разведки.

О. - Я только по мере сил выполняла свою режиссерскую работу, творить отечеству кумира на все времена совершенно не входило в мои планы. Просто жизнь преинтересная штука, в ней много чего непонятного происходит. Ну а рок вообще, как известно, с большим чувством юмора. Я - художник и никогда не получала удовольствия от общения с властью и тем более с КГБ. У меня были другие радости. А общение с этими ребятами не просто мешало работе, оно очень многих не довело до добра. А Тихонов мне на день рождения 17 лилий подарил - неземной красоты. Я думала, что очередной инфаркт получу. Он плакал. . .

В. - Говорят, первым картину увидел Андропов, якобы ему на дачу возили по две-три смонтированные серии, и глава КГБ решал, что убрать, а что оставить.

О. - Это выдумки. Он просил изменить в фильме две детали: убрать из титров фамилии реальных консультантов с Лубянки, поскольку это были действующие офицеры разведки, и добавить эпизод о рабочем движении в Германии. Второе пожелание я приняла без энтузиазма, но, конечно, выполнила, хотя и пришлось поломать голову.

В. - В 1973 году, когда фильм «Семнадцать мгновений весны» вышел на телеэкраны, вся страна, позабыв про все на свете, получала по вечерам «информацию к размышлению». Это правда, что Брежнев смотрел каждую серию и плакал?

О. - Может показаться неправдоподобным, но он реагировал на фильм, как ребенок. Однажды, расчувствовавшись, достал из домашней аптечки вместо сердечных капель слабительное и выпил.

Мне рассказывал об этом председатель Гостелерадио Лапин. Леонид Ильич мог, пропустив стаканчик, поинтересоваться у Кати Градовой здоровьем двух ее детей и пообещать актеру Тихонову заслуженные в тылу врага звания и ордена.

В. - Гонорары большие получаете за показ своих картин на ТВ?

О. - Ни копейки, и меня это не слишком огорчает. Сегодня некоторые бывают счастливы, заработав на сто-

двести рублей в день больше, чем ожидали. Хотя теперь, наверное, уже не сто-двести и тем более не рублей. . . Подобное счастье не про меня. Притом, что я человек не слишком состоятельный и вынуждена тратить много денег на лечение. С людьми в белых халатах теперь приходится встречаться гораздо чаще, чем это прилично. Вот и в минувшую субботу одна за другой приезжали три «скорые» и шестеро амбалов возвращали меня к жизни. Когда-нибудь у этих ребят ничего не получится, но не накануне же юбилея.

В. - Вы любите отмечать свои дни рождения, много у вас друзей в актерской среде?

О. - Я все свои юбилеи переживаю тяжело. Даты на меня давят, вызывают аритмию и шум в ушах. Нужно время, чтобы к ним привыкнуть. А с актерами общаться не по делу просто совершенно некогда. По мне, так лучше пойти в театр на хороший спектакль с участием этих актеров. Тем не менее дружу со всеми, кто еще жив. Слава Богу, что 1-й канал подготовил сейчас обо мне передачу. Благодаря ей я наконец-то встретилась недавно со своими однокурсниками и учениками. С первыми мы когда-то все вместе делали фильм «Молодая гвардия», а бывшие мои студенты тоже уже имеют самостоятельные творческие работы. Жаль, что заняты они много меньше, чем хотелось бы. Но для кино это обычная ситуация. Кстати, один из моих лю-

бимых учеников, сын композитора Андрея Эшпая - Андрей Эшпай-младший порадовал меня тем, что собирается в ближайшее время начать съемки многосерийной картины «Дети Арбата».

Беседовала Евгения Ульченко


send the Author your comments, questions, suggestions ... letter # 1791  


<<- previous letter | back to main page | next letter ->>